БИБЛИОТЕКА
ЖИВОПИСЬ
ССЫЛКИ
О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Гостиная

Рис. 19
Рис. 19

Когда Репин окончательно переселился в "Пенаты", здесь стали бывать у него все, с кем он был ранее дружен в Петербурге, его товарищи - передвижники, писатели, музыканты, те, чье творчество, как и творчество самого Репина, было знаменательно для русской культуры второй половины XIX века.

Однако в "Пенатах" бывали не только старые друзья художника, но и представители самых различных кругов русской интеллигенции начала нового века. Наряду с Горьким, Сергеевым-Ценским, Куприным, Андреевым появлялись в репинском доме даже футуристы. Хотя Репин и не сочувствовал последним, всех он стремился понять, определить свое отношение к тому новому, что возникало в литературе и искусстве.

Для людей, приезжавших в "Пенаты", сам художник продолжал оставаться притягательным центром. Он был тем человеком, которого хотелось посвятить в свои замыслы, познакомить с новинками литературы, музыки, науки. От него всегда можно было услышать страстный, часто резкий, но, бесспорно, искренний отклик.

Репин по-прежнему много, не щадя сил, работал, но один день в неделю, среду, он отдавал своим друзьям. Правда, и первую половину приемного дня он все-таки проводил в мастерской, но к трем часам, когда начинали съезжаться гости, Репин опускался вниз, чтобы встретить их. Появление каждого нового гостя доставляло ему много радости. Он бывал оживлен, тщательно одет и, несмотря на преклонный возраст, сохранял артистическую внешность. В его шевелюре было уже немало седых волос, но Репин оставался подвижным и бодрым.

Гостиная, где собирались по средам, отличалась от обычно нарядных петербургских гостиных простотой своего убранства и непритязательностью. Главным ее украшением были картины - работы учеников и друзей Репина.

При входе обращает на себя внимание слепок со знаменитой статуи Венеры Милосской (гостиную иногда называли "комнатой Венеры"). Эта комната в обычные дни служила кабинетом Наталии Борисовны Нордман-Северовой, рабочий столик которой находился в углу, возле статуи.

Здесь всегда стоял рояль. Возле него на стене висит фотография молодого А. М. Горького с надписью: "Илье Ефимовичу Репину от Горького на память".

Репин познакомился с Алексеем Максимовичем в 1899 году во время первого пребывания писателя в Петербурге Горький тоща привлек всеобщее внимание своими полными романтизма произведениями, прославлявшими нового героя, которого он нашел в среде отверженных. "Дай бог Вам, - писал Репин ему в 1899 году, - продолжать как начали. Вытаскивать из-под спуда поддонную силу жизни русской, в которую мы плохо верим потому, что не знаем ее и не имеем способности видеть, - это миссия писателя. За эти откровения, представленные в такой заманчивой поэтической форме, мы и любим и ценим его по мере сил и способности нашей разуметь"1.

1 (Цит. по кн.: Зильберштейн И. С. Репин и Горький. М. - Л., 1944, с. 22)

Тогда же, в Петербурге, Репин немедленно принялся писать портрет Горького, однако не закончил, так как Горький должен был уехать.

Репин в своих письмах постоянно интересовался, над чем работает писатель, и ясно, что все, написанное Горьким, немедленно прочитывалось художником.

Рис. 20. А. М. Горький, В. В. Стасов, И. Е. Репин в парке 'Пенатов'. Фотография 18 августа 1904 г.
Рис. 20. А. М. Горький, В. В. Стасов, И. Е. Репин в парке 'Пенатов'. Фотография 18 августа 1904 г.

Дружба Горького и Репина особенно укрепилась в 1904 году, когда Горький и М. Ф. Андреева поселились в Куоккале, на даче Эрстрема. Мария Федоровна Андреева была известной актрисой. В то время мало кто знал, что она участвовала в деятельности большевистской организации, переписывалась с В. И. Лениным.

В 1904 - 1905 годах Горький часто бывал в "Пенатах", где он впервые встретился со Стасовым. "...Мы втроем, - писал Стасов, (Реп[ин]), Горьк[ий] и я) гуляли по громадному саду M-lle Нордман (с прудами, мостиками, террасами, беседками на вышках), и тут произошло наконец большущее мое знакомство с Горьким"1. Далее, описывая Горького, Стасов награждает его эпитетами: "прехороший", "преинтересный", "преотличный".

1 (Там же, с. 41)

Эту встречу запечатлел фотограф К. Булла на шестнадцати снимках. Он сфотографировал Горького, Стасова и Репина на дорожках парка и возле дома. Булла снял также момент, когда Горький читал Стасову свою рукопись. Эта фотография находится сейчас на зимней веранде.

Снова, как и при первом знакомстве, Репин захотел написать портрет Горького. Летом 1905 года им был приготовлен большой холст, зимняя веранда превращена в мастерскую. На высокой подставке, в мягком кресле, которое и сейчас можно видеть на веранде, устроилась М. Ф. Андреева, а рядом, на подоконнике, положив ногу на ногу и подперев подбородок рукой, сидел А. М. Горький. Сохранилась фотография, запечатлевшая эту группу и самого Репина, который уже наметил углем рисунок на холсте. Но Горький вновь не смог позировать, и Репину пришлось отказаться от намерения создать двойной портрет. Им был написан только портрет Марии Федоровны в кресле, на фоне зеленого сада. Но Репин все же тем же летом рисовал Горького читающим в кругу друзей только что законченную пьесу "Дети солнца". Репродукция этого рисунка висит при входе на зимнюю веранду. На рисунке на первом плане - старый и седой В. В. Стасов, Горький с маленькой бородкой, которую он отпустил во время заключения в Петропавловской крепости, далее Ф. Д. Батюшков, Н. Г. Гарин-Михайловский. Фигура человека, сидящего позади, только намечена - это А. И. Куприн. Он в 1905 году бывал в Куоккале у Горького и Репина.

Несмотря на то что в эту пору Репин общался со многими интересными людьми, Горький был для него тем человеком, влияние которого оказалось наиболее глубоким. Репин захвачен революционными событиями 1905 года, увлечен личностью писателя, и это тотчас же находит выражение в его работах.

Представление о том, что волновало тогда всех и что обсуждалось на репинских "средах", могут в какой-то мере дать репинские альбомы с автографами гостей. Так, например, на одном из листов (копия его лежит на рояле), мы читаем: "Красота и искусство - вот религия будущего. Мария Андреева. 1905 - 8 июня". Рядом с автографом Андреевой А. Тихонов (Серебров) записал слова горьковского Сатина из пьесы "На дне": "Человек - вот правда".

Рис. 21. И. Е. Репин. Портрет А. М. Комашка. Рисунок
Рис. 21. И. Е. Репин. Портрет А. М. Комашка. Рисунок

В центре листа профильный рисунок человека с безвольно согнутой шеей и отвисшей губой - таким художник В. Каррик изобразил Николая II. Под рисунком надпись: "Кто сей урод?" Это написано Горьким.

Репин, как честный гражданин, не мог оставаться равнодушным к судьбе своего народа. Тогда же им были начаты картины: "У царской виселицы", "Красные похороны", "Разгром демонстрации". В этих произведениях он, как всегда, открыто и смело выступает против насилия, против самодержавия. (Картины эти были подарены художником Советской России и находятся сейчас в Музее Великой Октябрьской социалистической революции в Москве.) Несколько позже Репин создает рисунок "Мольба о конституции" и эскиз картины "17 октября 1905 года", в которых отражены наивные мечты либеральной интеллигенции о конституции и Государственной думе, о "разуме" и "спокойствии в России", как писал Репин. Позже, в годы столыпинской реакции и правительственного террора, Репин одновременно с В. Короленко, Л. Толстым и Л. Андреевым выступал в печати, призывая к отмене смертной казни.

Почти ни одна "среда", ни одно собрание гостей в "Пенатах" не проходили без домашнего концерта. В. В. Стасов писал родным 20 июля 1905 года: "В воскресенье, 24, Репину минет 61 год. Я проведу у него почти весь день. Будет музыка и пение. Везу с собой Асафьева - аккомпанировать, петь будет "Детскую" Мусорянина - прошлогодняя Madame Федорова. Будет и многое другое, например, Горький и его Мария Федоровна. Значит, все это вместе, пожалуй, будет хорошо"1. Репин очень любил музыку и говорил, что тосковал, если подолгу не слушал ее. В ранней молодости, работая над дипломной картиной "Воскрешение дочери Иаира", он просил своего брата Василия (учившегося тогда в Петербургской консерватории) повторять ему снова и снова сонату Бетховена "Quasi una fantasia". "Эта музыка опять переносила меня к моему холсту. До бесконечности наслаждался я этими звуками... Какое это было счастье..."2 - писал впоследствии Репин в автобиографической книге "Далекое близкое".

1 (Цит. по кн.: Зильберштейн И. С. Репин и Горький, с. 59)

2 (Репин И. Далекое близкое, с. 348)

Знаменитая картина "Иван Грозный и сын его Иван" была создана под впечатлением программной симфонии Н. А. Римского-Корсакова "Антар". Особенно запомнилась художнику одна ее часть под названием "Месть". "Эти звуки завладели мною, и я подумал, нельзя ли воплотить в живописи то настроение, которое создавалось у меня под влиянием этой музыки. Я вспомнил о царе Иване"1.

1 (Художественное наследство. Репин, т. I. М. - Л., 1948, с. 548 )

"О, музыка! Она всегда проникала меня до костей"1. В этом восклицании - весь Репин: эмоциональность его характера и все его отношение к искусству. Он дружил со многими композиторами и музыкантами. Но из всех, пожалуй, выделял своего любимого Мусорянина Модеста Петровича Мусоргского. В их творчестве было много общего, и Стасов писал Мусоргскому: "Репин нов и силен в живописи, покончил со старыми преданьями точно Вы в музыке"2.

1 (Репин И. Далекое близкое, с. 434)

2 (М. П. Мусоргский. Письма и документы. М. - Л., 1932, с. 481)

В старческие годы Репин, постоянно возвращаясь воспоминаниями к Мусоргскому, писал: "Меня, как натуру непосредственную, глубоко поражал этот гений..."1

1 (М. П. Мусоргский. Письма и документы, с. 252)

В "Пенатах", кроме сочинений Мусоргского, часто исполнялись произведения композиторов - членов "Могучей кучки", и как бы живым воспоминанием о ней был старый Цезарь Кюи.

Вероятно, бывал в "Пенатах" и композитор А. К. Лядов, так как в 1902 году Репин писал его портрет. Посещал этот дом и давний знакомый художника А. К. Глазунов. Правда, своей болезненно-тучной фигурой он уже мало напоминал того бледного и поэтического юношу, каким художник изобразил его в превосходном портрете 1887 года. Бывали у Репина виолончелисты А. Вержбилович, А. Пуни, скрипачки Маргарита Берсон, Цецилия Ганзен. Часто звучали произведения композиторов Скрябина, Рахманинова в исполнении Бориса Асафьева.

Рис. 22. И. Е. Репин. Горький читает пьесу 'Дети солнца'. Рисунок 1905 г.
Рис. 22. И. Е. Репин. Горький читает пьесу 'Дети солнца'. Рисунок 1905 г.

На стене, слева от рояля, висит ковер ручной работы, вышитый крестом по рисунку архитектора А. Л. Гуна. Это подарок Репину от певицы А. Н. Молас1. "Какой ковер!!!... - писал Репин 19 марта 1888 года А. Н. Молас. - Какие прелестные цвета! Сочетания! Все так гармонично, оригинально... Чудо! Знаете ли, решительно, это должно быть выставлено".

1 (А. Н. Молас была пропагандисткой музыки Мусоргского. Ее портрет, исполненный Репиным, находится в Русском музее)

Сам Репин очень любил петь. Он не умел играть ни на одном музыкальном инструменте, кроме гитары, и часто настроение свое изливал в песне. В кругу друзей художника было принято петь хором, и, как вспоминает дочь Репина Вера Ильинична, он даже в день своего восьмидесятилетия пел друзьям старую украинскую песню. Среди замечательных певцов, бывавших в "Пенатах", можно назвать Федора Шаляпина и Ивана Ершова. Репин преклонялся перед талантом Шаляпина. Он был счастлив, когда великий артист приезжал в "Пенаты". "...А я все три дня и две ночи, все в обществе Ф. И. Шаляпина"1, - писал 14 января 1914 года Репин Н. Б. Нордман.

1 (Научно-библиографический архив Академии художеств СССР, фонд И. Е. Репина, А-1, оп. 54, VII, к. 16)

Сохранились воспоминания В. И. Репиной о пребывании Шаляпина в "Пенатах" в 1914 году: "Завтракали мы за круглым столом, Шаляпин своей могучей фигурой заполнял [комнату] ярко и выразительно, давая много жизни... прекрасно декламируя по-французски всю роль Сальери: он ехал петь эту оперу в Париж. И какое прекрасное произношение!"1

1 (Научно-библиографический архив Академии художеств СССР, фонд И. Е. Репина, А-2, оп. 54, XVII, к. 8, лл. 6 - 7)

На одной из репинских "сред", когда в "Пенатах" были и Шаляпин и другие интересные гости - художники, актеры, писатели, Репин, как обычно, рисовал, увлекая других. "Папа, как всегда, пригласил всех рисовать, пишет Вера Ильинична. - "Не теряйте даром драгоценное время, берите, господа, карандаши и бумагу и рисуйте..." Рисовал и Федор Иванович, и очень хорошо. Много было сходства. Как помню, он сидел на одной из ступенек лестницы, ведущей в ателье (рисовали внизу), и схватывал прекрасно сходство, беря крупно рисунок головы"1.

1 (Там же, л. 8)

Иногда в "Пенаты" приезжали друзья Репина - художники В. Поленов, А. Куинджи, Б. Кустодиев, И. Куликов, И. Бродский, В. Сварог.

Все они с удовольствием рисовали по вечерам на репинских "средах" вместе с гостеприимным хозяином. Кто-нибудь из присутствовавших позировал, или чаще делались быстрые наброски, дружеские шаржи. Много таких работ сохранилось у писателя Чуковского в его альбоме "Чукоккала", в котором часто рисовал и Репин. В "Чукоккале" же есть и рисунки В. В. Маяковского. Среди них дружеские шаржи на И. Е. Репина; ими искренне восхищался сам художник. Знакомству Маяковского и Репина в воспоминаниях Чуковского отведено большое место. "Какими запасами молодости, - пишет К. И. Чуковский, - должен был обладать этот семидесятилетний старик, чтобы, наперекор всем своим привычкам и установившимся вкусам, понять, оценить и полюбить Маяковского"1.

1 (Чуковский Корней. Репин (Из моих воспоминаний), с. 49)

На пенатских "средах" часто декламировали актеры В. Мичурина-Самойлова, П. Самойлов, Л. Яворская и Г. Ге. Бывавшие в "Пенатах" писатели знакомили Репина со своими произведениями. Леонид Андреев читал здесь пьесу "Не убий". С. Сергеев-Ценский приносил написанные им рассказы. Н. Морозов делился воспоминаниями о долгих годах заключения в Шлиссельбургской крепости.

Над дверью, возле лестницы, ведущей в мастерскую, висит портрет Чуковского, исполненный И. Бродским в 1916 году. Чуковский жил тогда на границе двух поселков - Куоккала и Оллила (ныне поселок Солнечное). Он был дружен с Репиным и имел возможность близко, в повседневном быту, наблюдать великого художника и, что ценно, очень точно и ярко запечатлел его образ в своих воспоминаниях. В эти годы на дачу к Чуковскому приезжали многие молодые поэты. Бывая у Чуковского, Репин встречался с ними, приглашал в "Пенаты". Так, в октябре 1914 года Чуковский познакомил Репина с футуристами. "Они пришли к нему в Пенаты, учтивые, тихие, совсем не такие, какими были в буйных своих декларациях"1.

1 (Там же, с. 48)

Т. Л. Щепкина-Куперпик была свидетельницей этой встречи и откликнулась на нее экспромтом:

Вот Репин наш сереброкудрый 
- Как будто с ним он век знаком - 
Толкует с добротою мудрой 
- И с кем? С Давидом Бурлюком. 
Искусства заповеди чисты! 
Он был пророк их для земли... 
И что же? Наши футуристы 
К нему покорно притекли!1

1 (Из альбома К. И. Чуковского "Чукоккала". Цит. по кн.: Художественное наследство. Репин, т. II, с. 281)

В 1914 - 1915 годах бывали в гостях у Репина поэты Велемир Хлебников, Василий Каменский, и однажды приезжал в "Пенаты" юный Сергей Есенин.

Интерес к талантливым людям был свойствен и гостеприимной хозяйке дома Н. Б. Нордман.

Она происходила из обедневшей дворянской семьи (мать русская, отец - из обрусевших шведов, адмирал).

Образованная женщина, знавшая языки, она делала переводы, занималась писательской деятельностью (ее литературный псевдоним Северова). Ей принадлежит несколько романов ("Беглянка", "Крест материнства" и др.) и пьес, не отличавшихся значительными достоинствами, но статьи ее и воспоминания ("Интимные страницы") не лишены интереса.

Шумную известность получили увлечения Нордман вегетарианством и идеей раскрепощения прислуги. Она автор многих брошюр на эти темы, а ее "Поваренная книга для голодающих" выдержала четыре издания.

Общительная и деятельная женщина, она стремилась создать великому художнику, значение которого понимала, удобную для работы обстановку, уют и интересный отдых.

Рис. 23. Гостиная. Рабочий стол Н. Б. Нордман. Фотография 1975 г.
Рис. 23. Гостиная. Рабочий стол Н. Б. Нордман. Фотография 1975 г.

На рабочем столике, накрытом шелковой серой, в лиловую полоску, скатертью, которая сохранилась до нашего времени, можно видеть фотографии Репина и самой Нордман.

Слева на стене рисунок-портрет Н. В. Нордман, выполненный Репиным с необыкновенной теплотой и проникновенностью в первые годы их знакомства.

По инициативе Наталии Борисовны зимой в "Пенатах" устраивались так называемые "воскресные чтения". Вот что пишет о них И. Е. Репин: ""Пенаты", наш дом в Куоккала, почти десять лет исполнял миссию народного университета (разумеется, в крошечном виде). Каждое воскресенье в нашей гостиной читались публичные лекции по самым разнообразным знаниям: от астрономических законов Вселенной до шитья сапогов, от чтения первоклассных писателей (особенно Некрасов оказался по сердцу нашей среде) до практических сообщений, в которых лекторами иногда выступали наши же слушатели и слушательницы наших аудиторий. Так, Васил[ий] Николаевич] Кипятов (дворник г. Башмакова) образцово прочитал со всеми препаратами лекцию о пчеловодстве... Публика была самая разнообразная: сидельцы, приказчики, дворники, кухарки, горничные, фермеры и пр., начиная с 10 лет, и даже моложе, до 60-летних. Ни перед кем не запиралась большая комната... всегда была битком набита и поражала лекторов необычным вниманием. Лекторы воодушевлялись замиравшей аудиторией и читали особенно вдохновенно, не замечая духоты... Здесь читали И. Р. Тарханов (о долголетии), Е. П. Семенов (о мире), Н. А. Морозов (о химии и астрономии), К. И. Чуковский (о литературе). ...Летом лекции читались в саду, где кончались пением народных фабричных песен, частушек... и танцами"1.

1 (Научно-библиографический архив Академии художеств СССР, фонд И. Е. Репина, оп. 54, II. А-1, к. 4, л. 6)

Иногда лекции переносились в летний театр - простое деревянное здание на берегу моря в поселке Оллила. Помещение это было приобретено Репиным для Нордман; здесь она открыла детский сад для местных детей, который работал летом в дневное время.

В гостиной находятся работы учеников и друзей Репина. Над входом в кабинет - портрет его сына, художника Юрия Репина, написанный В. С. Сварогом. Портрет создан в 1915 году, и Репин восторженно отзывался о нем.

Над роялем - пейзаж одного из верных учеников Репина И. И. Бродского. В 1923 году Репин писал Бродскому: "Я с любовью смотрю на прелестный перл Вашей кисти - "Тюильри" и вспоминаю, как всегда с сердечным волнением встречал Ваши новые произведения..."1 Во время Великой Отечественной войны этот пейзаж был утрачен, сейчас вместо него - "Лунная ночь" из собрания музея-квартиры И. И. Бродского.

1 (Цит. по кн.: Бродский И. Мой творческий путь. М. - Л., 1940, с, 124)

Работа художника К. К. Первухина "Мостик в Венеции", подарок автора Репину, висит над столиком Нордман, "Зимний пейзаж" ученика Репина А. В. Скалона - над входом в столовую, а ниже, на двери, - фотография группы художников-передвижников, среди которых мы видим и Репина. Многие из товарищей приезжали к нему в "Пенаты". Как память об этой дружбе сохраняется в музее небольшой натюрморт ("Ваза с цветами"), на котором поставили свои подписи И. Репин, В. Маковский, И. Прянишников, В. Поленов. Возле больших стенных часов одна из ранних работ ученика Репина - Валентина Серова. Это этюд, написанный с рыжей охотничьей собаки ("Пиратка").

Справа от входа на зимнюю веранду можно видеть работы чугуевских живописцев - первых учителей Репина.

Родина художника, город Чугуев Харьковской губернии, славился своими живописцами. Их картины произвели на юного Репина такое впечатление, что он до старости любил о них вспоминать и описал в книге "Далекое близкое".

По репинским описаниям были предприняты розыски. Многие из картин были найдены в Чугуеве и переданы затем академику И. Э. Грабарю для изучения. Грабарь считал, что место работам чугуевских живописцев в "Пенатах", и завещал их восстанавливавшемуся музею. Картины из Чугуева заняли почетное место в гостиной.

Вверху справа висит двойной портрет майора Куприянова с женой. Исполнен он художником И. Н. Шамановым. Репин вспоминал: "...в Чугуеве в то время был уже хороший выбор учителей. Более других мне нравился Шаманов"1 Но учиться Репин пошел к художнику И. М. Бунакову, так как он был талантливее и еще потому, что у него учился Л. И. Персанов. В "Далеком близком" мы читаем следующие строки: "Но Рафаэлем Чугуева был Леонтий Иванович Персанов... Особенно хороши были его портреты хозяина и хозяйки дома - Нечитайловых; написанные с натуры - груши, но еще лучше - профиль Якова Логвинова. Это было по колориту нечто высокохудожественное"2.

1 (Репин И. Далекое близкое, с. 104)

2 (Там же, с. 105)

Сейчас небольшие портреты Персанова висят в гостиной. Среди них парные портреты супругов Нечитайловых, тот самый профиль Якова Логвинова, которым так восхищался Репин, а также портрет мальчика на берегу реки. Работы эти, написанные в середине прошлого века, отличаются необычайной тонкостью колорита (к сожалению, они сильно пострадали от времени).

В середине нижнего ряда помещен небольшой этюд самого Репина, изображающий дом, в котором он жил в Чугуеве. Отсюда девятнадцатилетним юношей будущий художник уехал в Петербург, мечтая об Академии художеств.

В Петербурге он снял дешевую комнату на Малом проспекте Васильевского острова. В гостиной, справа от двери, возле лестницы в мастерскую, висит небольшой акварельный портрет пожилого рыжебородого мужчины в синем халате. Это квартирный хозяин Репина - архитектор Александр Дмитриевич Петров.

"На пороге появилась робкая фигурка в халатике с меховой оторочкой, рыжего, с бородкой, очень скромного, симпатичного человека"1 - так описывает Репин свое знакомство с Петровым в книге "Далекое близкое". Таким же мы видим его и на этом маленьком, превосходно написанном портрете. Петров старался помочь молодому Репину советом и делом. Он познакомил его с семьей своих родственников Шевцовых, у которых было двое сыновей, сверстников Репина. Один из них был учеником Академии художеств. Вскоре они подружились, и Репин переехал в квартиру Шевцовых. Там он написал портрет смуглой темноглазой девочки - сестры Шевцовых Веры, которая через несколько лет стала его женой (свадьба состоялась по окончании Репиным Академии художеств).

1 (Репин И. Далекое близкое, с. 127)

Под большими репинскими часами акварельный автопортрет Веры Алексеевны (1855 - 1917). Она немного занималась живописью, хотя не получила художественного образования. В автопортрете можно найти много погрешностей в рисунке. Он сделан несмелой рукой, но с чувством, довольно тонким пониманием цвета и хорошо уловленным сходством.

В первые годы Репин был счастлив в семейной жизни с Верой Алексеевной, но впоследствии их отношения испортились, и они расстались. Этот разлад, видимо, сказался и на воспитании детей. Их было четверо.

Рис. 24. А. М. Горький и М. Ф. Андреева на зимней веранде. Фотография 1905 г.
Рис. 24. А. М. Горький и М. Ф. Андреева на зимней веранде. Фотография 1905 г.

На фотографии, рядом с автопортретом, Репин с детьми. Справа - старшая дочь Вера (1872 - 1948), слева - вторая, Надежда (1874 - 1931), затем сын Юрий (1877 - 1954) и младшая дочь Татьяна (1880 - 1957).

Репин любил своих детей, и особенно Веру, очень на него похожую внешне, но дети доставляли ему много огорчений.

Если сам Репин был великим тружеником, то дети, несмотря на все его старания, выросли людьми, не способными довести до конца однажды начатое дело. В письмах Репина часто звучат горькие слова упрека: "И все вы упорно ничего не ищете, никакого труда, никаких обязанностей не хотите взять на себя... и еще растите и готовите в такие же бедные, обиженные судьбою интеллигентки сомнительного образования, и - никакого гражданского, ни духовного воспитания"1. Последнее уже о внучке Тасе, дочери Татьяны.

1 (ГРМ. Секция рукописей, ф. 119, ед. хр. 2, лл. 45 - 46)

Сын Репина Юрий учился в Академии художеств. Он был способным живописцем, некоторые его картины получили награды на выставках. Но, человек со странностями, психически неуравновешенный, он писал в основном картины-видения, картины-сны. Среди большого количества работ, оставшихся после него, есть талантливые. Например, "Пейзаж", который висит в гостиной над дверью на зимнюю веранду. Но в большинстве случаев хорошо начатые этюды завершить он не мог и ничего значительного так и не создал.

Вера Ильинична никак не могла найти подходящего занятия, хотя Репин охотно поддерживал любые ее начинания. Она мечтала об актерской деятельности - он помог ей устроиться на сцену Александрийского театра; она пробовала петь - он предоставил ей возможность учиться пению; она стала заниматься рисованием - Репин работал с ней в своей мастерской. Но все это ничем не кончалось, и тогда Репин, разочарованный, писал ей: "Подумай, Вера, серьезно, еще не поздно, для тебя... и постарайся, изо всех сил, взяться за полезную деятельность"1. Несколько позже он обращается к ней более сурово: "Надо не иметь совести, чтобы вечно жить бесполезным трутнем и болтаться по чужим дворам! Это позорная профессия - приживалки - опомнись. Это разврат души и баловство"2.

1 (ГРМ. Секция рукописей, ф. 119, ед. хр. 2, лл. 45 - 46)

2 (Там же, л. 50)

Но Вера Ильинична так и не занялась "полезной деятельностью".

"Грустно, грустно думать, какая будущность вас ждет, когда меня не станет"1, - писал Илья Ефимович Репин своим детям.

1 (Там же, лл. 45 - 46)

И действительно, после смерти отца они жили, в основном, тем, что поделили между собой и продали почти все работы Репина, которые к 1930 году еще оставались в "Пенатах". Картины и около двух тысяч рисунков художника разошлись по разным городам Западной Европы.

Дети Ильи Ефимовича остались за границей и умерли там, всей своей жизнью как бы оправдав слова Анатоля Франса: "Природа, истратившись на гения, отдыхает в его детях".

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2017
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://i-repin.ru/ 'I-Repin.ru: Илья Ефимович Репин'

Рейтинг@Mail.ru